гусеница

Переезд

Сказилки переехали на http://skazilki.dreamwidth.org/
В этом журнале отключены комментарии и он снова законсервирован.
Если снесут - вы знаете, где искать :)
гусеница

маленькая кофейная сказилка

Теплым летним утром в маленьком городке на холмах открылась кофейня. Хозяин кофейни стоял на стремянке, прикрепляя к открытой двери серебряный колокольчик, и щурился от яркого утреннего солнца. Пробегавшая мимо голенастая девчонка с котенком в руках остановилась и внимательно посмотрела на колокольчик, потом на вывеску и на хозяина кофейни. Потом подошла к двери и выпустила туда пятнистого трехцветного котенка, очень серьезно сообщив, что когда-нибудь он обязательно принесет счастье. Хозяин кофейни улыбнулся в усы, сказал спасибо, подхватил лестницу и вошел в кофейню вслед за тонконогим котенком, который уже набродился между столиков и теперь ловил лапой свое отражение в начищенном боку медной турки.

Котенок подрос и стал трехцветной кошкой, кофейня тоже остепенилась, приобрела завсегдатаев и пропиталась особым запахом кофе, меда и специй. Вечерами из приоткрытой двери пахло настолько упоительно, что даже случайные прохожие смотрели на часы и уговаривали себя, что одна чашечка - это недолго. Одну чашку - и всё.. А внутри их уже ждали темные деревянные столики, пучки пряностей по стенам, яркая медь турок, и хозяин с трехцветной кошкой у барной стойки.

Прошло несколько лет, и трехцветная кошка родила котенка. В общем, ничего удивительного в этом не было, но сам факт появления котенка изумлял ее саму не меньше окружающих. Котенок родился и теперь копошился и попискивал в кошачьей корзинке. Рыжеватая шерстка, белые пятки, крохотные круглые ушки, плотно прижатые к голове, и странный тонкий сладковатый аромат. Хозяин кофейни взял мохнатый комок в ладонь, уткнулся в него носом и воскликнул: "Клянусь моей лучшей медной туркой, этот котенок пахнет корицей!".

Котенок Корица рос, и вместе с ним рос и менялся его запах. Он пах то корицей и гвоздикой, то корицей и анисом, а когда по кофейне растекался запах имбиря и корицы, было ясно, что котенок готовится к очередному хулиганству - например, запрыгнуть на кухонный шкафчик или свалиться в кастрюлю с тестом для пирогов, трогая его лапой. По вечерам же умытая кошкой Корица умиротворенно мурчала в корзинке, распространяя вокруг запах рождественских медовых пряников. Хозяин поначалу строил планы собирать кошачью шерсть и приспосабливать ее в дело, но быстро выяснилось, что шерсть не пахла ничем. Зато мурчащий ароматный зверь стал еще одной достопримечательностью кофейни. Завсегдатаи так и заказывали - кофе с Корицей. И рыжая кошка гордо вышагивала рядом с хозяином, а потом вспрыгивала на стул рядом с посетителем и вообще вела себя, как радушная хозяйка. А вечером, когда последний посетитель, с сожалением посмотрев на часы, откланивался, а хозяин запирал дверь, звякнув серебряным колокольчиком, две кошки садились рядком на барную стойку, а хозяин варил последнюю на сегодня чашку кофе - для себя.

Это ли не счастье - летний вечер, кофе и запах корицы?..
гусеница

Сказилка про лестницу

Быть лестницей - не самое интересное занятие на свете. Более того - это почти всегда очень скучно. Даже если ты чудесная и удивительная лестница из маленького городка на холмах, лестница, которая начинается у дверей чердака, спускается вниз аккуратными завитками и вытекает наружу ступеньками, сама становясь улицей. Узкой улицей-лестницей со ступеньками, которая течет вниз по холму, извиваясь меж стен, растекаясь площадками, на которые выходят двери домов и летом стоят ящики с цветами, вновь собираясь и уходя ниже, чтобы уже в самом низу разбиться на три ручейка: один впадает в площадь, другой выходит на шумную улицу и теряется под ногами спешащих прохожих, а третий ручеек ступенек втекает в тихий дворик-заводь, окруженный балюстрадой и выходящий балконом на совсем другую улицу.

Лестница была красивой, сказочно чудесной и безмолвной. Лестницы не видят и не говорят, они умеют лишь слушать и чувствовать. Эта лестница знала, что ей повезло - на нее ходят смотреть туристы, восхищенно гомонят и щелкают фотоаппаратами, снимая ее тихие заводи, ящики с цветами, скамеечки в укромных закоулках и резные перила. Лестница гордилась собой, своим разноцветием, уютной пряничностью и каждой из своих тысячи пятидесяти двух ступенек - это и вправду была очень длинная лестница в городке-на-холмах. Днем по ней бродили туристы, ночами - кошки, а по утрам по ней медленно спускались жители домов, сопя и ворча, что лестница год от года становится все длиннее и круче. Это, конечно же, было не так, но лестница любила их всех - ведь это была ее жизнь.

С годами лестница все больше дремала - не было ничего такого нового или интересного, что привлекло бы ее внимание. Жизнь проходила в полусне. Зимой было холодно, летом - жарко, в дождь - мокро.. Пока однажды лестница не проснулась от дикого скрежета. Кто-то царапал ее осколком кирпича. Звук был невыносимым. Впору было заткнуть уши и завизжать, но визжать лестница не умела, да и ушей у нее не было. А кто-то странный все скреб и скреб кирпичиной по самой верхней ступеньке у чердачной двери. Лестница слегка пришла в себя, прислушалась к ощущениям и поняла, что на ее спине появляются аккуратные красные буквы, складывающиеся в слова "В тридевятом царстве, в тридевятом государстве...". Лестница замерла в ожидании чуда. Но тут осколок кирпича закончился и некто, отряхнув испачканные ладошки, поскакал вниз по лестнице. Бежал он очень странно - на нечетных ступеньках звонко цокая, словно серебряной подковкой или копытцем. Лестнице в этом вопросе можно было доверять безоговорочно - уж что-что, а в звуках она разбиралась.

На следующий день неизвестный пришел с куском мягкого зеленого мела и с завитушками выписал на следующих ступеньках "...жили-были птичья клетка, книга и трость черного дерева...". Лестница счастливо замирала под буквами и ждала чуда. И каждый день приносил еще кусочек волшебства. Буквы выписывались каллиграфическим почерком синими чернилами, выбивались шляпками крошечных обойных гвоздиков на деревянных порожках, выклеивались морскими ракушками на мраморных плитах. Сказка становилась былью и врастала в плоть лестницы, вниз и вниз, от самой верхней заоблачной ступеньки. На развилке неизвестный с копытцем задумался на несколько дней, но потом решительно начал писать продолжение сказки на всех трех ручейках лестницы сразу. Лестница в изумлении поняла, что у сказки, как и у самой лестницы, будет три хвоста. Один сказочный хвостик впадал в площадь, другой выходил на шумную улицу и терялся под ногами спешащих прохожих, а третий втекал в тихий дворик-заводь, окруженный балюстрадой и выходящий балконом на совсем другую улицу.

Так лестница стала сказкой. Вернее, тремя сказками для того, кто поднимется по ней до самого верха, а потом спустится три раза, читая каждый раз новую сказку с тремя разными хвостами. Лестница теперь местная достопримечательность и туристы толкутся на ней с утра и до самой ночи, но лестница ждет только одного - странного человека, цокающего серебряным копытцем на нечетных ступеньках.
гусеница

Сказилка про летние звезды

Осенью сказилкам холодно. Мелкие сказилки ползают сонными мухами по столу и все чаще залезают спать под подушку или в варежки. Бывало, поутру берешь с полки шерстяной носок, а оттуда уже сладко сопят. Осторожно кладешь носок обратно и вытаскиваешь взамен теплые ботинки. Осенью сказилки не рассказываются. Наоборот, вечером перед сном надо укрыть сказилок потеплее и рассказать им сказку. Вот такую:



В самом начале лета прохладными ночами звезды маленькие, как горох. Они рассыпаны по синему небу и сверкают там яркой звездной пылью. Лето жаркое, яркое и длинное. И от летнего солнца и тепла небо постепенно становится темным и глубоким. А звезды растут и спеют, как и все остальное. В августе небо усыпано крупными яркими звездами, которые висят так низко, что их можно достать рукой, и иногда падают, устав держатся за густо усеянное серебром небо.

Потом наступает осень. Листья желтеют, траву косят, яблоки раскладывают по ящикам, рябина наливается багрянцем под первыми холодными дождями. А небо наполнено тяжелыми спелыми летними звездами. Ночами они тихо отрываются и падают вниз, в кучи палых листьев. Там они забираются поглубже, чуть пригасив свое сияние, и засыпают. Звезды падают тихо - так, что и не заметишь. И только потом понимаешь, что небо становится все более и более пустым - без летних звезд. Это тихое время, когда все засыпает. И последняя летняя звезда с легким вздохом падает вниз и прячется под листом. А в холодном небе остаются сиять яркие зимние звезды. Такие же, но совсем-совсем другие..



А зимой, когда с яркого холодного неба будет сиять солнце прямо на белый-белый снег, просыпаешься от радостного визга сказилок, скачущих на подоконнике над горячей батареей. Сказилки проснулись и требуют гулять. Козявки одеваются потеплее и выглядят, как клубочки на ножках. Они лепят снеговиков и пытаются играть в снежки. Барахтаются в сугробах, ездят на пузе по льду и катаются с горки впятером на пластиковой карточке. А потом, нагулявшиеся и замерзшие, сказилки греются у чайной чашки, с хлюпаньем пьют чай из блюдца, жуют вдесятером одну печенину, обкусывая ее по краям, и бегают от розетки с вареньем к розетке с медом, облизывая сладкие ладошки. А потом садятся рядком и по очереди рассказывают друг друга :)
гусеница

Сказилка про черную лодку

"Мне еще октябрь нравится. Мне вообще нравится, когда начинает холодать и люди начинают одеваться, зябнуть пальцами, курить, нахохлившись, пить чай и кофе, обнимая кружки ладонями. Когда город заваливает желтыми листьями по щиколотку и осень плывет по улицам в черной лодке.."

Осенью, когда воздух холодный и прозрачный, как белое вино и от ветра можно опьянеть, когда небо размывается акварелью, а город снова становится каменным, улицы заваливает желтыми листьями по щиколотку, и осень плывет по мостовым в черной лодке. Лодка черная, как древесная кора после дождя и чуть дрожит и расплывается в зябком воздухе. Лодка живая. Ею не надо управлять. Она сама скользит над булыжными мостовыми, а в лодке сидит осень. У осени светлый шерстяной плащ и озябшие пальцы. Она сидит и смотрит по сторонам и улыбается нежными осенними солнечными зайчиками. И пахнет прохладой, пустотой и листьями.

А на носу лодки сидят вороны. Без них никак - они эту лодку не могут пропустить. Любопытные птицы сидят на бортах и смотрят по сторонам. А иногда бочком-бочком пробираются вглубь, крадут орех, желудь или сладкую алую ягоду шиповника и снова взлетают на выгнутые борта - расклевывать добычу, крепко зажатую в лапе.. Но это будет потом. Когда утра станут хрупкими, а люди начнут искать тепла друг у друга и греть замерзшие руки в карманах. Пока же остатки лета вытекают по каплям, а по утрам уже иногда виден нос черной лодки, которая уже совсем скоро поплывет по городу.
гусеница

Коротенькая сказилка про галстуки

Изо всех загадочных созданий, незаметно проживающих рядом с людьми в их таких разных домах, самые загадочные - это галстуки. Казалось бы, чего загадочного в этих тряпочных селедках, живущих в шкафу? А это вы просто никогда не подслушивали, затаив дыхание, под приоткрытой дверцей шкафа, когда они все думают, что люди уже спят. Галстуки - они удивительные. Засунутые вглубь шкафа или лежащие на полке, висящие на вешалках и обвивающие шеи рубашек усталыми змеями, аккуратно разглаженные или раз и навсегда затянутые смертельными узлами - все они светское общество одежного мира, изысканные денди, свысока поглядывающие на прочих шкафообитателей.

Они все такие разные. Любимые, уже чуть замусоленные от частой носки галстуки, переживающие, что они чуть-чуть выцвели - вот тут и вот тут вот. Гордые дорогущие шелковые галстуки из 4 частей, лежащие в специальных коробках, но так ни разу и не надетые. У них из-за этого комплексы, но они в жизни в этом не признаются, даже под страхом химчистки. Обычные галстуки, лежащие в ящиках туго свернутыми рольмопсами - так, что только хвостик торчит наружу. И все они страшно переживают, когда их надевают не к той рубашке :)

А самое большое счастье для галстука - это когда его забывают убрать в шкаф и он, счастливый, всю ночь ползает на пузе по квартире. А утром, весь в пыли по самые уши, сидит на стуле и ждет, пока его уберут в шкаф, где он непременно станет героем дня и будет рассказывать истории о своих приключениях. Вот тогда-то и оставьте маааленькую щелочку в шкафных дверцах и послушайте хвастуна. Гарантирую - таким вы ваш галстук еще ни разу не видели ;)
гусеница

Сказилка про полнолуние

Ночами, в полнолуние, когда огромная апельсиновая луна медленно поднимается из-за близкого горизонта, а в душных квартирах за открытыми окнами в неясной тревоге ворочаются человеки, на крыше собирается одна очень странная компания. Они никогда не разговаривают и даже вряд ли узнают друг друга, встретившись днем. Но раз в месяц они все вылезают на погромыхивающую жестью крышу и смотрят на полную луну.

В пронзительном лунном свете можно понять, что среди них есть несколько задумчивых котов, пара ворон и летучая мышь, про которую поговаривают, что на самом деле это крыса, которая стала ангелом. С остальными сложнее. Я точно знаю, что среди них есть тот, кто подбирает усталую утреннюю луну с горизонта, словно маленькую серебряную монетку, и засовывает в маленький позвякивающий мешочек у пояса. Есть тот, на кого воют собаки - на него, а вовсе и не на луну. Еще одно существо, которое обычно сидит в тени печной трубы, выставив на свет не то ноги, не то лапы, тихо наигрывает на каком-то инструменте, от которого одновременно радостно и тоскливо. В густой тени никак не разглядеть, что это за инструмент, но я бы хотела себе такой. Боюсь, только, оно такое одно. Иногда на крышу забирается торговец тучками. Его узнают по влажным шагам по жести. Когда он приходит, луна никогда не прячется за облаками и не бывает никаких дождей.

Они сидят на крыше все вместе, странной разношерстной компанией. Кто-то курит трубку и дым поднимается вверх ароматными змейками - такими, что птицы дуреют, пролетая над крышей и до рассвета не могут успокоиться в своих гнездах, вскрикивая и жалуясь. Кто-то перебирает маленькие серебряные луны в мешочке у пояса, а кто-то осторожно раздувает принесенный с собой уголёк, так, что красные отсветы пляшут в глазах со странными зрачками.

Теплая летняя ночь, пахнущая сеном и городом, растворяется в молоке дня. А через месяц по жестяной крыше снова пройдут осторожные шаги, чтобы встретить еще одну оранжевую луну, плывущую над тихими домами.
гусеница

Сказилка про ключи

В этом доме ключи никогда не выкидывали. Все ключи от старых замков собирали на веревочку и вешали на специальный гвоздь за дверью. Развалившаяся от старости на части калитка, потерянные кем-то изх домашних ключи и необходимость врезки нового замка, просто чьи-то чужие ключи, найденные на улице - все они собирались и подбирались и перекочевывали на веревочку за дверью.

Веревочку со временем сменило кованое кольцо на защелке, а в увесистой связке ключей появлялись все новые и новые ключи: маленькие изящные ключики от старинных чемоданов, старинные огромные ключи от амбарного замка, крошечный ключик от дамской шкатулки с черепаховой крышкой - он висел на шелковой ленточке - и многие, многие другие.

Ключам за дверью было очень тоскливо. У них отняли смысл. Их лишили того, для чего они были созданы в этой жизни. Ночами самые маленькие ключики плакали и просились обратно к замкам, которых уже давным-давно не было на свете. Большие ключи крепились и мрачно думали о переплавке. Плакать они считали несолидным. Им оставалось только тихонько посвистывать и вспоминать молодость, рассказывая истории. Тогда даже маленькие ключики успокаивались и внимательно слушали - до самого утра.

А однажды ночью, когда все истории уже были рассказаны и в краешке окна, который был виден из-за двери, уже растекались предутренние сумерки, маленький ключик пискнул: "А давайте убежим?". Мгновенно наступила гробовая тишина. А ключик, вытерев нос ленточкой, повторил уже погромче: "Давайте убежим. На свете же столько дверей.." Ключи задумались - каждый о своем. А потом начали раскачиваться на гвозде - молча и очень сосредоточенно. Гвоздь скрипел и жаловался на судьбу, но ключи были упорнее. Бух! И звякающая связка, перебирая сотней разных металлических ножек, поползла и спряталась в коридоре.

Ключи сидели под тумбочкой весь день, чувствуя себя диверсантами и пьянея от собственной храбрости. А вечером, улучив момент, вылезли за порог, скрали замусоленный коврик от соседской двери и, звякая, съехали на нем по ступенькам - вниз, на улицу. Их видели в разных местах города, когда они, горланя звякающие песни, носились по улицам. Говорят, что видели, как они садились в скорый поезд, но это уже совсем туманные сплетни. Увидите эти ключи - дайте знать, хорошо?
гусеница

Сказилка про ветер

Ветер - это вечный странник, который дует, где хочет. Ветер ломает ветви деревьев, гонит волны, расшвыривает птиц, врываясь в стаю и яростно свищет в пальцы. Ветер бьется в окно осенними ночами и сшибает с ног случайных прохожих. Ветер туманит голову и зовет за собой, обещая ленты дорог, далекие закаты и рассветы и запах чужих морей. Ветер - гордый бродяга, который всегда в пути.

Но иногда и ветру становится тоскливо и одиноко. Ветру иногда хочется, чтобы у него был дом. Место, куда можно возвращаться. Ветер прилипает к оконным стеклам и жадно смотрит внутрь. А потом мчится по пустым улицам, воя от тоски так, что люди за освещенными окнами затихают и крепче прижимаются друг к другу.

Ветер в бессильной ярости бился об стены домов и завывал в подворотнях. Выбравшись из города, он пролетел над морем, сшибая верхушки волн и расшвыривая чаек. Кончилось море, начались горы, а ветер все летел и злился. Он летел так долго, что совсем выбился из сил, и, уже маленький и слабый, соскользнул в расселину и шлепнулся прямо в старое воронье гнездо. Вылезать не было ни сил, ни настроения, и ветер тихо заснул прямо в переплетении прутьев.

А наутро солнце позолотило край неба и ветер проснулся. В гнезде было тепло и уютно. Под боком щекотались серые перышки и солнечные зайчики уже робко заглядывали, что за странное косматое существо сидит в вороньей плетенке. Ветер улыбнулся и понял, что, кажется, нашел себе дом. Теперь ему есть, куда возвращаться. Да и воронье гнездо больше не чувствует себя таким одиноким. По утрам ветер рассказывает истории солнечным зайчикам, а они внимательно слушают и только чуть шевелят длинными ушами :)
гусеница

Сказилка про иероглиф

Иероглиф был плотно впечатан спиной в полупрозрачный фарфор чашки, застыв в вечности четким штрихом кисти мастера. Чашка была тонкая и нежная, а иероглиф - черный, как силуэт мысли. Прохладную чашку часто ставили на подоконник и она сияла в лучах солнца, как жемчужина. Иероглиф же смотрел в окно и тосковал по небу.

Зимой и летом было еще ничего, но весной и осенью на него накатывала тоска при виде птиц и он пытался вырвать свои линии из бледного фарфора и взлететь в прохладное небо. От его тоски чашка начинала позванивать, а те, кто пил из нее чай, заражались тоской и смутными мыслями. "Это весна" - говорили они. Или "Это осень". И шли бродить по улицам в сизых сумерках.

Ночами было еще хуже. Ночами ему снились сны о крыльях и бездонной синеве. Во снах за спиной не было фарфоровой стенки, а были поющие перья. Сны были такие, что фарфоровая кружка светилась в темноте призрачным светом, и гудела, словно далекий колокол, а по ней во сне метался иероглиф, словно вырезанный из заоконной темноты. Но никто этого не видел. Все спали.

А потом не то иероглиф замечтался, не то чашка дрогнула, не то стол задели рукавом, но - миг, и на полу осталась горсть ослепительных осколков. И верите ли - они все были белые. На них не осталось ни одного черного пятнышка. Ни единого.